03.12.15

Темное дело Солодкиных

Материал о деле Солодкиных, который я хочу представить вниманию читателей, должен быть быть опубликован в одной из федеральных газет еще месяц назад. Не опубликовали, как мне объяснили, из-за парижских событий. Затем время ушло. Однако я считаю, что он должен быть представлени читателю, чтобы было понятно, как низко упал профессионализм следствия и судебной системы в Новосибирске. При этом хочу заметить, что мне как журналисту никогда не приходилось заниматься какими-либо криминальными событиями, связанными с Солодкиными. Предметом моего интереса уже давно служат качество работы правоохраны и судебной системы. Собственно, об этом ниже.

Новосибирский областной суд вынес приговор бывшим новосибирским чиновникам отцу и сыну Солодкиным, а также экс-полковнику наркоконтроля Андрею Андрееву. Подсудимые получили шесть, восемь с половиной и одиннадцать лет лишения свободы соответственно. Их обвинили в участии в организованном преступном сообществе Трунова и других преступлениях. Приговором остались недовольны все стороны, включая одного из потерпевших.

В зале судбеного заседания.

О деле Солодкиных нужно писать документальную книгу или роман. Слишком большой объем материала, в котором легко заблудиться. Слишком много вопросов, которые требуют ответов. Более ста томов уголовного дела. От начала расследования до приговора более пяти лет. Роман был бы предпочтительнее. Не все можно назвать своими именами в документальной книге, а уж, тем более, в журналистском тексте. Но кое-что можно.

Дело Солодкиных началось после арестов участников ОПС Трунова, многие из которых уже отбывают наказание, в том числе лидер Александр Трунов. В 2012 году его приговорили к 22 годам лишения свободы. В ходе следствия были изъяты видеозаписи, свидетельствующие о знакомстве Александра Наумовича Солодкина и его сына Александра с самим Труновым и членами его группировки. Видеокамера запечатлела, как Солодкин-младший пел на свадьбе предполагаемого лидера группы киллеров Анатолия Радченко. (В отношении последнего сейчас расследуется уголовное дело.) А Солодкин-старший общается с Алесандром Труновым. Позже Солодкины будут говорить о неизбежности знакомства с этими людьми, поскольку все они имели отношение к спорту и были спонсорами многих спортивных мероприятий.

Солодкин-младший (внизу слева) на фото с признанными судом ранее лидерами организованного преступного сообщества Труновым (он стоит) и Радченко. ("Гуляющее" фото из интернета.)

Мало ли кто с кем знаком. Важно другое. Какую роль играли Солодкины в ОПС Трунова? На этот архисложный вопрос не ответили ни следствие, ни суд. На него отвечали так называемые «соглашенцы». Это участники ОПС Трунова, которые заключили досудебное соглашение со следствием. А их показания, по мнению адвокатов, противоречивы и ни чем не подтверждаются. Слова, одни слова. Можно возразить. В деле имеются фотографии и видеозаписи, которые, по убеждению следствия, являются доказательствами участия Солодкиных в ОПС. Правда, при этом нужно не забывать, что на фотографиях запечатлены и другие известные в Новосибирске лица. Скажем, бывший вице-мэр Виктор Воронов или тогдашний начальник Следственного управления Следственного комитета РФ по Новосибирской области Игорь Телегин или областной депутат Игорь Гришунин. Вообще в ходе суда звучало много известных имен.

Слева направо: Игорь Телегин, Виктор Воронов, Игорь Гришунин и предполагаемый руководитель "подразделения" киллеров ОПС Трунова - Анатолий Радченко. ("Гуляющее" фото из интернета.)

Бывшего новосибирского губернатора Виктора Толоконского (Сейчас он губернатор Красноярского края) даже допрашивали в суде. Солодкина-старшего обвиняли в том, что он «решал вопросы», в том числе с Виктором Толоконским в интересах ОПС. Губернатор сказал, что Солодкин никогда не обращался к нему с вопросами в чьих-то интересах. Суд под председательством Ларисы Чуб поставил слова главы Красноярского края под сомнение: «То обстоятельство, что свидетель Толоконский отрицает факт обращения к нему Солодкина Александра Наумовича в разрешении вопросов, касающихся деятельности преступного сообщества Трунова, не свидетельствует о том, что таких обращений не было». Чуть раньше, во время прений, гособвинение в лице Анжелики Егоровой сделало еще более жесткое заявление: ««Александр Наумович Солодкин вложил в труновскую группировку средства, чтобы поставить губернатором Толоконского». Солодкин-старший утверждает, что им с сыном обещали свободу в обмен на компромат
на бывшего губернатораТолоконского и нынешнего Городецкого.

Конструкция обвинения не выдерживает не то, что бы юридической, даже житейской логики. Все обвинения построены на показаниях свидетелей, некоторые из которых, будучи признанными участниками ОПС, не понесли никакого наказания. Без иных доказательств. За такую «конструкцию» в журналистике авторов привлекают к ответственности за публикацию порочащих сведений. Еще одна любопытная формула, примененная уже судом, это формула – «несмотря на то, что … это не свидетельствует о том, что…». Ее судья Лариса Чуб во время чтения приговора применяла столь часто, что это стало резать слух. Действительно, одно не свидетельствует о другом. Но ведь и другое не свидетельствует об одном. В общем, получается логическая ахинея, которую суд положил в основу приговора.

Прокурор Марина Морковина комментирует ход процесса.

В приговоре достаточно много говорилось об участии Солодкиных в проблемах, связанных с Гусинобродской барахолкой. Самый крупный вещевой рынок Сибири превратился в головную боль новосибирских властей еще с начала 90-х. По оперативным данным таможенной службы, тогда контрабанда на рынке достигала 90 процентов. Теневые потоки Гусинки стали причиной десятка, если не больше, заказных убийств. Достаточно вспомнить убийства двух вице-мэров, которые занимались реорганизацией рынка. Первым погиб, в 2001 году, Игорь Беляков. Сменившего его Валерия Марьясова застрелили в 2004 году. В постоянном переделе сфер влияния на Гусинке гибли мелкие чины, принимавшие участие в работе рынка, криминальные авторитеты, депутаты…

Среди пострадавших, но выживших в борьбе за место на барахолке, был Фрунзик Хачатрян, владелец рынка «Манэ», покушение на которого было совершено в 1999 году. (Он присутствовал на финальном дне приговора.) Солодкина-старшего обвинили в том, что он предложил ликвидировать Хачатряна, так как мирным путем заставить предпринимателя платить «дань» в пользу Труновских не удалось. Но это тоже слова «соглашенцев». Никаких других доказательств этому следствие не представило.

В ходе субедного разбирательства много времени было уделено роли экс-генерала Александра Никитина, ставшим свидетелtм по делу Солодкиных. Он работал заместителем руководителя ГУ МВД России по Сибирскому федеральному округу. (Сейчас бывший генерал арестован и находится под следствием о присовении бюджетных средств в Ивановской области, куда он был назначен руководителем главка в 2013 году.) Именно его бывшие участники ОПС Трунова связывают с распределением теневых потоков Гусинобродской барахолки. Именно Александра Никитина подсудимые, в том числе, наркополицейский Андрей Андреев, который до перехода в наркоконтроль работал под руководством Никитина, считают виновным в их уголовном преследовании.

По мнению подсудимых, настоящим влиятельным участником ОПС являлся экс-генерал Никитин. Косвенными подтверждениями этой версии служат данные о том, что в конце 90-х Никитин снял с оперативного учета ОПС Трунова в связи с переходом его участников в легальный бизнес. Пострадавший Хачатрян тоже относит Никитина к числу виновников совершенного на него покушения. С другой стороны, в полицейской среде до сих пор ходит упорный слух, что милицейский бизнес на Гусинке начался с установки торговых контейнеров в оперативных целях. Говорят, что большая прибыль оказалась столь соблазнительной, что об оперативных интересах быстро забыли и стали договариваться с бандитами. Дело Солодкиных-Андреева, по мнению подсудимых, было нужно для того, чтобы скрыть роль Никитина в ОПС после начавшихся арестов труновских.

Дело Солодкиных еще не закончено. Скорее всего, его будут обжаловать в Верховном суде. Приговором остались недовольны все. Подсудимые тем, что их не оправдали. Пострадавший Фрунзик Хачатрян тем, что и следствие, и суд длились слишком долго и дали возможность избежать наказания по преступлениям, совершенным в отношении него. В частности, по поджогу его автомобилей, в которых участвовал, по мнению следствия, младший Солодкин. Позиция гособвинения пока не определена.

Фрунзик Хачатрян считает, что истинная причина преступлений против него не искоренена.

После приговора Фрунзик Хачатрян заявил, что «истинная суть этих преступлений она не искоренена. Зло как было, оно так и остаётся». Зло, следует добавить, остается в тех людях, многие из которых до сих пор занимают ключевые посты в исполнительной и законодательной власти города и региона. Проблема, которая была вскрыта благодаря делам Трунова и Солодкиных, намного масштабнее и страшнее, чем стало известно обществу. Очевидно лишь одно. Сомнительное по времени и качеству следствие и суд, основаные на словах.

Юрий Тригубович
Фото автора

Назад