06.11.16

Новосибирское дело «Оборонсервиса»-3

 «ПА» продолжает следить за ходом следствия по делу полковника Виктора Романова, бывшего руководителя «15 Центрального авторемонтного завода», входящего в систему Минобороны РФ.

 Прошло больше двух месяцев с последней публикации по делу Виктора Романова. За это время состоялось несколько судебных заседаний: о продлении срока ареста на имущество родственников подозреваемого и содержания под стражей самого полковника. Ничего нового, по сути, с тех пор не произошло. Оба суда закончились в пользу следствия. Впрочем, нет, кое-что новенькое все же есть.

Сменился состав следственной группы. Главное – теперь ее возглавляет Евгения Бузникова из главного следственного управления главка МВД по Новосибирской области. Правда, ни форма, ни содержание расследования не изменились. По-прежнему Виктора Романова держат за решеткой, хотя даже те нелепые, в общем-то, основания, которые послужили поводом для ареста, уже изменились. Это новые обстоятельства, которые следствие упорно не желает замечать.

В суде о продлении срока пребывания полковника под стражей представитель следственной группы Алексей Скитер назвал другую сумму хищений, которую якобы присвоили Романов с «подельниками». Теперь это уже более 400 миллионов рублей, а не как раньше – 13. Напомню, что, по версии следствия, Виктор Романов в сговоре с Денисом Стецуриным и неким Неворотовым украли средства, которые были выделены на реконструкцию автозавода. Новая «обвинительная» сумма чуть ли не до копейки совпадает с суммой, которая была выделена в рамках федеральной целевой программы. Может быть, таким образом следствие пыталось произвести впечатление на судью?

Сумма (независимо от цифры) предполагаемых хищений является некоей мантрой следствия. Ею каждый раз «завораживают» суд, говоря о том, что Романов с компанией подозревается в особо тяжком преступлении. Этот пункт – особый. Он – серьезное основание для содержания под стражей. Хотя одного его недостаточно, нужны еще другие. А с ними у следствия большие проблемы. В этом смысле показательно, что отвечал Алексей Скитер на вопросы полковника Романова и адвоката Александра Полковникова.

ЧЛЕН СЛЕДСТВЕННОЙ ГРУППЫ АЛЕКСЕЙ СКИТЕР 

Романов: «Является ли «15 ЦАРЗ» коммерческой организацией?

Скитер: «Является».

Р: «Располагают ли органы следствия информацией о каких либо фактах неправомерных действий в отношении Стецурина и Неворотова и членов их семей, а также свидетелей, со стороны Романова»?

С: «Да, располагают. Есть заявления подсудимых»

Р: «Существуют ли у следствия подтверждение конкретных фактов угроз со стороны Романова в отношении Стецурина и Неворотова и их родственников»?

С: «Данных фактов нету».

Р: «Располагают ли органы следствия информацией о фактах наличия у Романова административных и материальных ресурсов? Если обладает, то какими»?

С: «Данный вывод сделан на основании руководящей должности директора ЦАРЗа, а также связи с сотрудниками ЦАРЗа, и наличия у вас материальных ресурсов».

Р: «На чем основываются выводы следствия о том, что Романов воспрепятствует производству по делу? Имеются ли конкретные факты, подтверждающие эти выводы»?

С: «В возможном давлении. Конкретных фактов нет».

Адвокат Александр Полковников: «Вами сделан вывод о налчии материального ресурса у Романова, исходя из суммы хищений»?

Скитер: «Да».

Неловко слышать представителя следственной группы, который либо не может ответить на вопросы (такие тоже были), либо подтверждает, что процессуальных оснований для содержания полковника Романова под стражей, кроме тяжести преступления, нет. Ведь мифическая опасность, исходящая от полковника, на процессуальном языке – не более, чем предположение. Спросиь не у кого.

Руководитель следственной группы Евгения Бузникова в суд не ходит. (При этом она еще ни разу не встречалась с Виктором Романовым.) На «передовую» отправляют молодого полицейского капитана, которого, по большому счету, все жалеют. Даже полковник, несмотря на свое незавидное положение. Но на этой «передовой» проиграть нельзя априори. Все участники обвинения об этом знают.

Ничто не может поколебать уверенности правоохранителей, что подозреваемый до суда должен содержаться под стражей. Вероятность и предположения, которые они приравнивают к фактам, приводит к вопиющему искажению процессуальной картины. В онтопсихологии это называют «образцом поведения, сформировавшегося в первые моменты жизни и ставшим затем категорическим для всякого будущего опыта». Он сформировался как карательная идеология для большинства, которое имело несчастье оказаться в поле внимания правоохранителей.

Попытка поменять «образец поведения» судей сверху, а в юридическом сообществе это отчетливо понимают, не ведет к нужному результату. Вот, и судья Центрального района Новосибирска Алла Веселых, признавшаяся в том, что была на встрече с председателем Верховного суда России Вячеславом Лебедевым (20 сентября этого года), который говорил, в частности, о неприемлемости содержания под стражей только на основании тяжести преступления, оставила Романова за решеткой. В облсуде, в апелляции, судья Лидия Алёшина продублировала решение своего районного коллеги. При этом было очевидно, что накануне она даже не вчитывалась в материалы дела. Удручающее зрелище. Наверное, это хорошо, что судьи не видят себя со стороны. Это спасает их от когнитивного диссонанса.

Судей спасает. А систему нет. Ну, как может служить основанием для содержания под стражей тот факт, что подозреваемый проживал не по месту регистрации? Статья 27 Конституции страны гласит: «Каждый, кто законно находится на территории Российской Федерации, имеет право свободно передвигаться, выбирать место пребывания и жительства». Императивную конституционную норму судебная система, ни сколько не смущаясь, превращает в повод для лишения свободы. Виктор Романов, действительно, жил на момент ареста не там, где он зарегистрирован. Как это может влиять на следствие? Полковник не скрывался. Регулярно ходил на работу в военную академию в Санкт-Петербурге. Какое значение имеет, где он жил? В конце концов его можно было задержать в академии, прямо по расписанию.

Следствие по делу полковника Романова идет очень медленно, «скучно» предсказуемо, избегая фактов, которые не укладываются в обвинение. Но пока дьявол играет со следствием, когда оно не мыслит точно (По Мерабу Мамардащвили), вокруг дела полковника Романова начинают происходить любопытные события. Неожиданный интерес к нему проявил нынешний коммерческий директор 15 ЦАРЗа Павел Тиунов. В частности. он побывал на некоторых судебных заседаниях. Отчего такой интерес коммерческого директора? Вопрос риторический, поскольку выбирать из десятков предположений не придется.

ПАВЕЛ ТИУНОВ - БЫВШИЙ ПРОКУРОР. НЫНЕ - КОММЕРЧЕСКИЙ ДИРЕКТОР.

Сегодня 15 ЦАРЗ втянут в череду разбирательств в арбитражных судах. Это напрямую связано с госфинансированием реконструкции завода, которая продолжалась и после увольнения полковника Романова. Кстати, он ушел в отставку с блестящими характеристиками и оценкой той части реконструкции, которая велась под его началом. Это, в том числе, подтверждается заключениями госархитектурно-строительного надзора, в приобщении которых следствие упорно отказывает. А вот новое руководство, завод сейчас возглавляет Юрий Бунтов, свою часть федеральной программы, похоже, завалило. Иначе чем объяснить, что к 15 ЦАРЗу претензии предъявляет подрядчик? Впрочем завод заявил встречный иск. Кроме того, арбитражным судом введена процедура банкротства в фирме Лайтек», которая проходит по делу Романова.

 

 

 

 

ОДИН ИЗ ПРИМЕРОВ РЕКОНСТРУКЦИИ ПРИ ВИКТОРЕ РОМАНОВЕ

 

Впрочем, «правовой экстремизм» в отношении Конституции РФ – это повседневная практика следственных и судебных органов. Они как бы забывают об основах прав человека, когда речь заходит о подозрениях в преступлениях. Факты, которые не укладываются в обвинительную версию, не учитываются, неустранимые сомнения не трактуются в пользу подсудимого. В деле полковника Романова следствие не хочет удовлетворять ходатайства о приобщении документов, которые могут подтвердить, по словам подозреваемого, его невиновность. Их более двадцати. Однако руководитель следственной группы Евгения Бузникова отказала почти во всех. Эти документы, по мнению следователя, не могут подтвердить, «как виновность, так и невиновность» полковника. После таких формулировок когнитивного диссонанса избежать сложно. А ведь следователю, как и судьям, продлявшим для Виктора Романова срок содержания под стражей, как-то, видимо, удается.Безусловно, что Павел Тиунов как коммерческий директор так или иначе причастен к тому, что в последние годы происходит с заводом. Однако, судя по всему, его позиции, пусть и бывшие, вдохновляют руководство предприятия. Ведь Павел Тиунов в прошлом бывший старший прокурор отдела по надзору за исполнением законодательства противодействия коррупции прокуратуры Новосибирской области. Не является ли интерес коммерческого директора 15 ЦАРЗа к бывшему его руквоводителю попыткой контролировать процесс? Ведь Виктор Романов сейчас для руководства завода очень удобная фигура. На нее, особенно, имея неформальные связи, можно списать все что угодно. Это версия самого полковника Романова. Тем более, что она, пусть и косвенно, подтверждается нежеланием следствия принять те документы, которые, по мнению полковника, доказывают его невиновность.

Особый вопрос в деле Виктора Романова, конечно, связан с определением коммерческой сути «15 ЦАРЗа». По форме – это открытое акционерное общество. С этим не поспоришь. (Следователь Алексей Скитер тоже не стал.) Последние «сигналы» сверху, аж от самого президента, о том, что за преступления в сфере предпринимательской деятельности нельзя лишать свободы до суда, разошлись кругами только на поверхности. Внизу (уже внесенные изменения в законодательство) сигналы или не заметили, или проигнорировали. Та же участь постигла мнение уполномоченного по правам предпринимателей в Новосибирской области Виктора Вязовых, которое он направил в адрес суда и полковника Романова. Теперь он – «отдельный человек». Гособвинитель в облсуде назвал мнение уполномоченного субъективным мнением отдельного человека. Судья Лидия Алёшина согласилась. Это согласие как бы подчеркивает свободу отдельных представителей судейского сообщества от общества и закона.

«ПА» будет следить за развитием событий.

 

ОТВЕТ ВИКТОРА ВЯЗОВЫХ ПОДОЗРЕВАЕМОМУ ВИКТОРУ РОМАНОВУ.

 

 

Назад